Главная нефтяная держава мира избавляется от госдолга США
Саудовская Аравия вслед за Китаем избавляется от американских долговых бумаг. Почему главный финансовый инструмент мира больше не в фаворе и куда саудиты теперь направляют свое нефтяное богатство, читайте в материале «Прайм».
Саудовская Аравия, похоже, разуверилась в американских долговых бумагах — по информации Bloomberg, королевство в июне продало их более чем на 3 миллиарда долларов. Таким образом, Эр-Рияд довел вложения в облигации США до шестилетнего минимума — 108,1 миллиардов долларов.
В целом, начиная с июня 2022-го и по июнь 2023 года из крупных стран-держателей американского долга, помимо Саудовской Аравии, частично продали его Япония, Китай, Франция, Ирландия, Швеция, Вьетнам и Кувейт. А в июне этого года к процессу подключились ОАЭ, продав трежерис почти на 4 миллиарда долларов.
«Причины — ситуация с потолком госдолга, геополитические факторы, вопрос доходности, снижение кредитоспособсности США как эмитента (Fitch — второе кредитное агентство, которое снизило рейтинг США на фоне бюджетных, институциональных, внешних, финансовых и других нерешенных проблем) и прочее», — комментирует старший преподаватель департамента мировой экономики факультета мировой экономики и мировой политики НИУ ВШЭ Ксения Бондаренко.
Дружба врозь
Значимость этого события велика. Ведь именно Саудовская Аравия стала краеугольным камнем созданной в 70-е годы прошлого века нефтедолларовой системы. Это работало так: США скупали саудовскую нефть за доллары, саудиты богатели, а нефтедоллар формировал глобальную экономику стран после отказа от золотого стандарта. Ведь чтобы приобрести что-то, надо было сначала обменять свою нефть или другие ресурсы на американскую валюту.
Еще в начале XXI века Эр-Рияд был одним из главных союзников Вашингтона на Ближнем Востоке. Используя свое положение крупнейшей нефтяной державы (7,4 миллиона баррелей в день в 2022 году против 4,8 миллионов у России, находящейся на втором месте), саудиты часто действовали в интересах США, влияя на мировые цены, напомнил доцент кафедры международных отношений и гуманитарного сотрудничества Сибирского института управления РАНХиГС Даниил Шульга.
Но всему рано или поздно приходит конец. Теперь Эр-Рияд пытается закрыть дефицит бюджета, образовавшийся из-за падения цен на нефть и роста расходов, в том числе, на масштабные проекты внутри страны.
Для этого в ход идут купленные год назад американские ценные бумаги — тогда они падали, а теперь растут, объясняет эксперт по фондовому рынку «БКС Мир инвестиций» Валерий Емельянов.
«Но есть и мотив диверсификации: страны, не относящиеся к западным демократиям, обеспокоены напряжением между США и Китаем, а также событиями вокруг России, и они стараются вкладываться в разные регионы и направления, чтобы не стать заложниками очередной геополитической истории», — добавил он.
Зона риска
Традиционно нефтяные монархии живут на доходы от продажи сырья, а излишек, полученный в хорошие времена, инвестируют, чтобы накопить подушку безопасности на время кризисов. А хорошо заработать можно, как известно, на рисковых активах. К концу прошлого года они составляли почти половину саудовских инвестиций. Это в два с лишним раза выше, чем было в 2016 году, когда страна взяла курс на снижение зависимости от нефтяных доходов.
Что ж, ради прибыли неплохо и рискнуть. Но, похоже, отказываясь от американского долга, саудиты не так уж много теряют. Вероятнее всего, вырученные от продажи деньги пойдут в один из национальных суверенных фондов, которые вкладывают как во внешние рынки, так и в развитие внутренней инфраструктуры королевства. Так, вложения в бумаги локальных компаний и проекты в отдельных отраслях страны выросли с 24 процентов в 2021 году до 32 процентов в 2022 году.
Также эти фонды вместо облигаций США скупают акции таких американских (а теперь уже международных) компаний, как Lucid Group Inc. и Uber Technologies Inc. В прошлом году Суверенный фонд приобрел акции технологических компаний, в том числе Alphabet, Zoom и Microsoft. Среди крупных международных партнеров Саудовской Аравии Бондаренко называет Бразилию (инвестиции в 10 миллиардов долларов), американскую инвесткомпанию Blackstone (20 миллиардов долларов), другие проекты в США, Франции и Индии. С 6 до 8 процентов выросла доля международных капитальных инвестиций.
Высокотехнологичные, логистические и транспортные активы сейчас весьма стабильны и, судя по всему, долго будут приносить прибыль. Часть средств идет на покупку традиционных ценностей — бумаг финансового и нефтегазового сектора, которые, возможно, не особо доходны, но вполне стабильны. Все это отлично укладывается и в идею диверсификации, которая не дает покоя саудовским принцам.
Призрак жизни без доллара
И не только диверсификации. «Похоже, Эр-Рияд желает из богатого сателлита США на Ближнем Востоке превратиться в регионального гегемона. Точно так же Китай из безропотной «мировой фабрики» превращается в настоящего азиатского лидера», — рассуждает Шульга.
В пользу этого предположения — активное участие Саудовской Аравии в йеменской гражданской войне и все более самостоятельная политика, например, нормализация отношений с Ираном и партнерские отношений с Россией в пику западным санкциям. Эр-Рияд переходит на продажу Китаю нефти за юани и в согласии с остальными странами ОПЕК де-факто не повышает добычу.
Все это, вкупе с избавлением от трежерис — звенья одной цепи. Сделан существенный шаг в контексте ускорения трансформации мировой финансовой системы, очевидно, в сторону большей биполярности, полагает Бондаренко.
«Наличие самостоятельного Китая — живое подтверждение, что никакого доминирования США давно нет», — согласен Емельянов. КНР еще проворнее избавляется от ценных бумаг США. В июне она продала их на 11,3 миллиардов долларов. Общая сумма вложений в американский госдолг сейчас на минимуме с 2009 года — 835 миллиардов долларов. Вместо этого китайские деньги (как и саудовские) перетекают в другие прибыльные активы на всех континентах.
На тропу перемен
Сейчас у каждой страны свои проблемы — китайцы столкнулись с замедлением темпов роста, у Европы падение производства из-за слишком дорогих энергоносителей рынка, у России, наоборот, сложности с экспортом тех же нефти и газа. США, давно живущие в долг, продолжают его наращивать до запредельных величин, а вброс в экономику новых порций денег, чтобы погасить проценты, раздувает инфляцию.
На этом фоне Вашингтон продолжает придерживаться привычной политики диктата, но с ней уже мало кто готов мириться. Доверие к Белому дому падает, не в последнюю очередь из-за его стремления смешивать политику и экономику, что наглядно продемонстрировала политика санкций. Следующими в списке «наказуемых за несоблюдение прав человека» могут стать саудиты, тем более что в стране официальной формой ислама является умеренный ваххабизм. Да и с Китаем у США масса противоречий, начиная с Тайваня.
То, что мы наблюдаем на рынке госдолга — первые результаты набирающего обороты процесса дедолларизации, который становится глобальным. Страны так называемого «первого мира» во главе с США все более уступают свои позиции вчерашней «полупериферии». А государства «глобального юга», невзирая на разницу политических систем, начинают вырабатывать общую позицию по принципиальным вопросам. Один из них — отказ от тотального диктата доллара, который, как мы видим, уже вовсю идет.
