Сдвиг в политике КНР обрушит мировой спрос на нефть
Цифры, опубликованные на прошлой неделе, показывают, что импорт сырой нефти Китаем в первой половине 2021 года снизился впервые за восемь лет. КНР был крупнейшим в мире нетто-импортером сырой нефти и других жидкостей с сентября 2013 года.
Поднебесная почти самостоятельно создала товарный суперцикл 2000-2014 годов, характеризуемый постоянно растущими тенденциями цен на все сырьевые товары, включая нефть. Этот бум потребления нефти в Китае был в значительной степени продуктом среднегодового роста ВВП страны на 8-10%. Заметное снижение темпов экономического роста в Китае началось в 2012 году, когда они упали ниже ключевого показателя в 8% впервые с 1990 года.
С тех пор истинные цифры роста ВВП Китая были лишь предметом предположений, хотя официальные годовые показатели всегда были выше 6%. Трейдеры и аналитики знают, что официальные цифры диктуются политикой. Но какими бы ни были реальные данные, факт остается фактом: вплоть до выхода статистики за первую половину этого года Китай по-прежнему потреблял 10-14 млн баррелей в сутки.
Китай также, похоже, справился с экономическими последствиями пандемии COVID-19. Фактически, даже до ослабления карантина в Ухане промышленный сектор Китая вернулся на уровни, превышающие докоронавирусные.
Поэтому можно было бы предположить, что неожиданное сокращение импорта сырой нефти Китаем в первой половине 2021 года является результатом снижения маржи, доступной китайским нефтеперерабатывающим предприятиям с учетом недавнего роста мировых цен на сырую нефть. Однако такое уже было во второй половине 2018 года, и нефтяной импорт КНР тогда не падал.
Однако на сей раз ВВП Китая во II квартале упал до 7,9% в годовом выражении, что немного ниже медианных прогнозов аналитиков. “Хотя июньским показателям активности удалось превзойти низкие ожидания, динамика роста остается несбалансированной. Повышение розничных продаж замедлилось до 12,1% с 12,4% в мае. А совокупные темпы роста за последние два года снизились в июне до 4,9% с 8,0% в 2019 году. Это указывает на то, что расходы домашних хозяйств по-прежнему далеки от предпандемических тенденций”, – заявила Oil Price руководитель азиатской стратегии SEB в Сингапуре Евгения Викторино.
Почему КНР больше не хочет сверхбыстрого роста
Ситуация, в которой оказался Китай, может подкреплять мнение о том, что страна больше не заинтересована в том, чтобы играть ведущую роль в мировой экономике, как это было, в частности, в последние 10-20 лет. Это вызывает еще большее беспокойство у тех, кто оптимистично оценивает будущие цены на нефть.
Развитые экономики переживают длительную стагнацию, а их центральные банки не в состоянии стимулировать спрос. “Китай практически стал крупнейшим источником спроса для всей мировой экономики. Но вот проблема – Китай больше не хочет играть эту роль”, – пояснил Дарио Перкинс, управляющий директор по глобальным макросам TS Lombard в Лондоне.
В частности, он подчеркнул, что Пекин скорректировал свои экономические цели. Власти Китая осознали тот факт, что продолжающееся быстрое наращивание долга представляет собой риск для будущего роста, социальной сферы и национальной безопасности. Еще в 2017 КНР сигнализировала о переходе от кредитной экспансии к акценту на более медленное устойчивое развитие. Эта стратегия включала жесткие меры против теневой банковской деятельности и устранение бремени унаследованного долга.
Итак, что это означает для глобального роста и, в более узком смысле, для спроса на нефть? Сдвиг в политике Китая создаст огромный разрыв в мировом спросе на нефть. А также на все другие сырьевые товары, которые используются в быстрорастущей производственной и инфраструктурной среде Поднебесной.
